Залог

Залог
В чем сущность меры пресечения — залог?

Залог как мера пресечения по своей природе — двусторонняя и обоюдовыгодная сделка. В рамках этого публичного соглашения государство обязуется не посягать на свободу физического лица, а последнее — прекратить преступную деятельность и не чинить препятствий расследованию преступления, проводимому органами государственной власти, судебному разбирательству. Гарантией данной сделки является сумма денег, добровольно внесенная стороной защиты, ее размер предопределен значимостью выдвинутого государством обвинения, данными о личности обвиняемого. Согласившись на внесение залога, государство не несет никаких расходов. Для стороны защиты залог — разумная цена свободы, наличие которой позволит получать прежний доход.

Неисполнение сделки экономически невыгодно обеим сторонам. Государство, лишив преследуемое им лицо свободы, публично возлагает на себя крайне дорогостоящее обязательство: содержать подозреваемого, обвиняемого в помещении, соответствующем современным санитарно-гигиеническим требованиям, кормить его, лечить и охранять. Если арестованный будет оправдан, то, покинув следственный изолятор, он вправе требовать соответствующих компенсаций по рыночным ценам.

Как мера пресечения залог — это еще и особое правовое состояние, для обеспечения стабильности которого в интересах лица, в отношении которого государством осуществляется уголовное преследование, последним или заинтересованными лицами осуществляется внесение, передача имущества. Таковым могут быть: деньги, ценности, акции и облигации, официально допущенные к обращению в Российской Федерации. Размер залога предопределен его целью — обеспечение явки обвиняемого к дознавателю, следователю, в суд, предупреждение совершения им новых преступлений.

Каковы правила определения вида и размера залога, порядок его внесения (передачи)?

Вид и размер залога определяются судом с учетом характера совершенного преступления, данных о личности подозреваемого, обвиняемого, его материального положения, имущественного положения иного залогодателя. По уголовным делам о преступлениях небольшой и средней тяжести размер залога не может быть менее 50 тыс. руб., по делам о тяжких и особо тяжких преступлениях — менее 500 тыс. руб.

Залог вносится подозреваемым, обвиняемым, а равно иными физическими (юридическими) лицами, перечень которых законом не ограничен. На стадии предварительного расследования имущество, определенное на основании соглашения сторон судом в качестве залога, вносится, передается в орган, в производстве которого находится уголовное дело, на стадии судебного производства — в суд (ч. 1 ст. 106 УПК).

Деньги вносятся на депозитный счет соответствующего суда или органа, в производстве которого находится уголовное дело. О принятии залога судом или органом, в производстве которого находится уголовное дело, составляется отдельный протокол, копия которого вручается залогодателю (ч. 5 ст. 106 УПК).

Не принимается в качестве залога имущество, на которое в соответствии с ГПК не может быть обращено взыскание.

Недвижимое имущество, допущенное к публичному обращению в Российской Федерации, акции и облигации, ценности могут быть приняты в залог при условии предоставления подлинных экземпляров документов, подтверждающих право собственности залогодателя на передаваемое в залог имущество, и отсутствия ограничений (обременений) прав на такое имущество. Если в соответствии с законодательством РФ ограничение (обременение) прав на имущество не подлежит государственной регистрации или учету, осуществляемому в том числе депозитарием или держателем реестра владельцев ценных бумаг (регистратором), залогодатель в письменной форме подтверждает достоверность информации об отсутствии ограничений (обременений) прав на такое имущество (ч. 4 ст. 106 УПК). Оптимальным признается нотариально удостоверенное заявление о достоверности такой информации.

Порядок оценки предмета залога, управления им, обеспечения его сохранности определяется Правительством РФ (ч. 3 ст. 106 УПК).

Если залог вносится не самим подозреваемым, обвиняемым, а иным лицом, то ему разъясняются существо обвинения, в связи с которым избирается мера пресечения, а равно как связанные с ней обязательства, так и последствия их нарушения (ч. 6 ст. 106 УПК), о чем при необходимости составляется отдельный протокол.

В постановлении (определении) о применении залога в качестве меры пресечения суд устанавливает срок внесения залога. Если подозреваемый, обвиняемый задержан в порядке ст. ст. 91 — 92 УПК, то суд при условии признания задержания законным и обоснованным продлевает срок задержания до внесения залога, но не более чем на 72 часа. Если в установленный срок залог не внесен, суд по ходатайству, возбужденному в соответствии со ст. 108 УПК, рассматривает вопрос об избрании в отношении подозреваемого, обвиняемого иной меры пресечения (ч. 7 ст. 106 УПК).

Если внесение залога применяется вместо ранее избранной меры пресечения, то эта мера пресечения действует до внесения залога (ч. 8 ст. 106 УПК).

В случае нарушения подозреваемым, обвиняемым обязательств, связанных с избранием меры пресечения, залог обращается в доход государства по судебному решению, выносимому в соответствии со ст. 118 УПК (ч. 9 ст. 106 УПК).

Если нарушение меры пресечения (залог) допущено в ходе досудебного производства, то дознаватель, следователь составляет протокол о нарушении, который направляется в суд, избравший меру пресечения, в котором данный документ рассматривается судьей единолично не позднее чем в течение 5 суток. В судебное заседание вызываются подозреваемый, обвиняемый, в отношении которого избрана мера пресечения залог, его защитник, законный представитель, залогодатель, если залог внесен иными физическими (юридическими) лицами, а равно прокурор и лицо, составившее протокол. Неявка нарушителя режима меры пресечения, залогодателя, если залог внесен иными физическими (юридическими) лицами, без уважительных причин не препятствует рассмотрению протокола.

По результатам рассмотрения протокола судья выносит постановление об обращении залога в доход государства в случаях, предусмотренных ч. 9 ст. 106 УПК, либо отказывает в этом. Копия постановления направляется лицу, составившему протокол, и лицу, в отношении которого избрана мера пресечения — залог, а также залогодателю.

Если дознаватель, следователь при этом придет к выводу, что меру пресечения (залог) следует изменить на более строгую — домашний арест, заключение под стражу, то он обращается в суд с соответствующим ходатайством в порядке, предусмотренном ст. ст. 107, 108 УПК.

Если нарушение допущено лицом, в отношении которого избрана мера пресечения залог, в ходе судебного заседания, то вопрос об обращении суммы залога разрешается тем судом, который рассматривает уголовное дело. Одновременно суд вправе в порядке ст. 255 УПК рассмотреть вопрос об изменении меры пресечения на более строгую.

В остальных случаях суд при постановлении приговора (вынесении определения, постановления о прекращении уголовного дела) решает вопрос о возвращении залога залогодателю. При прекращении уголовного дела следователем, дознавателем залог возвращается залогодателю, о чем указывается в постановлении о прекращении уголовного дела (ч. 10 ст. 106 УПК).

Обращение взыскания на залог в доход государства по судебному решению производится в случае невыполнения или нарушения подозреваемым, обвиняемым обязательств, связанных с внесенным за него залогом. Закон не предусматривает иные основания обращения взыскания на залог, в том числе в качестве исполнения наказания в виде штрафа.

Каков срок действия меры пресечения в виде залога?

Принятое на стадии предварительного расследования решение о применении в качестве меры пресечения залога в отношении подозреваемого согласно положениям ст. 100 УПК действует не свыше 10 суток. Если в указанный срок обвинение будет предъявлено, то избранная мера пресечения продолжает действовать на всем протяжении предварительного расследования и нахождения уголовного дела у прокурора с обвинительным заключением, а также в суде при рассмотрении дела.

Как скоро подлежит освобождению из-под стражи задержанный органами предварительного расследования подозреваемый, обвиняемый, если в отношении него судом избрана мера пресечения в виде залога?

Если при рассмотрении ходатайства дознавателя, следователя о заключении подозреваемого, обвиняемого под стражу, судья, признав задержание последнего законным и обоснованным, избирает меру пресечения залог, то подозреваемый, обвиняемый освобождается из-под стражи при внесении залога на депозитный счет органа, осуществляющего предварительное расследование, или суда, о чем судья выносит отдельное постановление в порядке, установленном ст. 108 УПК.

Если залог не внесен в течение 48 часов со времени задержания подозреваемого, обвиняемого, судья, исходя из смысла п. 3 ч. 7 ст. 108 УПК, вправе продлить рассмотрение ходатайства о применении к подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу или залога на 72 часа. В случае невнесения залога в срок, указанный в постановлении суда, судья в установленном порядке рассматривает ходатайство дознавателя, следователя о применении к подозреваемому, обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу.

В случае избрания судом залога в качестве меры пресечения при рассмотрении ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, суд устанавливает вид и размер залога. Одновременно в судебном решении указывается срок, на который продлевается действие меры пресечения в виде заключения под стражу в случае, если залог не будет внесен.

Каковы особенности практики применения ст. 106 УПК?

Анализ практики последних лет свидетельствует, что залог все еще воспринимается дознавателями, следователями, прокурорами и судьями как мера вынужденная, а не естественная. «Ограничиваясь» залогом, суды в своих постановлениях убеждают потенциального читателя, что они были готовы заключить обвиняемого под стражу, однако сделать этого в силу целого ряда причин не могут. Часто избрание в качестве меры пресечения залога происходит только тогда, когда истекли сроки содержания обвиняемых под стражей, т.е. тогда, когда эти лица и без изменения меры пресечения на залог подлежали автоматическому освобождению из следственных изоляторов. Распространению меры пресечения в виде залога препятствуют и объективные причины: денег на залог у подавляющего большинства подозреваемых, обвиняемых нет. Практика свидетельствует, что под залог освобождаются, как правило, лица, располагающие значительными денежными средствами.

Что является основанием освобождения обвиняемого под залог?

Согласно п. 3 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждое лицо, подвергнутое аресту или задержанию, имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда.

В силу правовой позиции Конституционного Суда РФ, высказанной в Постановлении от 22.03.2005 N 4-П, должна обеспечиваться соразмерность ограничений, связанных с применением в отношении лица заключения под стражу в качестве меры пресечения, тяжестью инкриминируемого ему преступления, особенностями его личности, поведением в период производства по уголовному делу, а также с наказанием, которое в случае признания его виновным в совершении преступления может быть назначено.

Продление судом срока содержания обвиняемого под стражей может осуществляться только при подтверждении достаточными данными предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для дальнейшего применения этой меры пресечения. К таким данным ст. 97 УПК относит наличие достаточных оснований полагать, что обвиняемый может скрыться от предварительного следствия или суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, уничтожить доказательства и иным путем воспрепятствовать производству по делу. В соответствии с положениями ст. 99 УПК при избрании, а соответственно и при продлении меры пресечения, наряду с другими обстоятельствами необходимо учитывать также семейное положение обвиняемого. Иное нарушало бы конституционное право не подвергаться ограничениям (в том числе связанным с арестом) в правах и свободах без предусмотренных законом оснований.

По делу С. Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ, изменив меру пресечения в отношении обвиняемой с содержания под стражей на залог, указала следующее. Последняя ранее не судима, имеет двоих детей, один из которых находится на ее иждивении, мать — инвалид II группы; обвиняемая положительно характеризуется по месту работы, имеет постоянное место жительства. Утверждения нижестоящего суда о том, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания С. меры пресечения в виде заключения под стражу, не отпали и не изменились, были расценены как неубедительные. Уголовное дело состоит из восьми томов, по делу обвиняются два лица, одно из которых находится под подпиской о невыезде. Обвиняемая С. содержится под стражей более 18 месяцев, полностью ознакомилась с материалами дела. Убедительных мотивов того, что длительный срок содержания С. под стражей оправдан исключительными обстоятельствами, необходимостью обеспечения безопасности свидетелей или иных лиц, равно как и сведений о том, что, находясь на свободе, С. может скрыться от органов следствия и суда и иным путем воспрепятствовать производству по делу, в постановлении судьи не указано.
В постановлении суда также не содержится убедительных мотивов, из которых следовало бы, что интересы правосудия по своевременному рассмотрению уголовного дела не могут быть обеспечены иными мерами пресечения, кроме как содержанием С. под стражей. Сама по себе тяжесть преступлений, в совершении которых обвиняется С., не может служить достаточным основанием для длительного содержания под стражей (Определение СК ВС РФ от 25.02.2009 N 39-О09-3. Электронный архив ВС РФ, 2009).

Влияет ли на применение ст. 106 УПК тяжесть предъявленного обвинения?

Ограничения, связанные с применением в отношении лица заключения под стражу в качестве меры пресечения, должны соответствовать тяжести инкриминируемого ему преступления, его личности, поведению в период производства по уголовному делу, а также наказанию, которое в случае признания его виновным в совершении преступления может быть назначено.

Влияет ли при выборе меры пресечения наличие у стороны защиты реальной возможности внести залог?

При определении размера залога следует учитывать наличие у обвиняемого реальной возможности внести на депозит суда соответствующую сумму денег.

Кассационным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 18 февраля 2010 г. мера пресечения в отношении Б. изменена на залог в размере 1 млн. руб. Предыдущая мера пресечения сохранена до внесения залога на депозитный счет Верховного Суда РФ.

26 февраля 2010 г. Омским областным судом вынесено постановление, согласно которому данная мера пресечения в отношении Б. сохраняется, если залог внесен не будет, то срок содержания под стражей Б. продлевается на 3 месяца, т.е. по 26 мая 2010 г. включительно.

В кассационной жалобе Б. просила заменить избранную ей меру пресечения на подписку о невыезде или домашний арест, мотивируя это тем, что у нее нет денежных средств для внесения залога.

Оснований для избрания в отношении Б. меры пресечения в виде подписки о невыезде или домашнего ареста Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ не усмотрела, однако с учетом ее материального положения сочла возможным снизить размер залога до 500 тыс. руб. (Кассационное определение СК ВС РФ от 29.04.2010 N 50-О10-25. Электронный архив ВС РФ, 2010).

Допустимо ли изменение меры пресечения на залог в случае истечения максимального срока содержания обвиняемого под стражей?

Да, конечно. М. обвинялся в совершении преступлений, которые в соответствии со ст. 15 УК не относятся к особо тяжким. При таких обстоятельствах предельный срок содержания обвиняемого под стражей составляет 12 месяцев. М. был освобожден из-под стражи (Кассационное определение СК ВС РФ от 22.06.2010 N 18-О10-13. Электронный архив ВС РФ, 2010).

Продление срока содержания под стражей свыше 12 месяцев допустимо только в отношении лиц, обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений. Согласно ч. 6 ст. 109 УПК лицо подлежит обязательному освобождению из-под стражи, если органами предварительного расследования материалы уголовного дела предъявлены обвиняемому для ознакомления менее чем за 30 суток до окончания предельного срока содержания его под стражей. Очевидно также и то, что в этой ситуации суд не вправе содержать обвиняемого под стражей, мотивируя это тем, что он не внес суммы залога.

Допустимо ли освобождение под залог в случае несвоевременного предъявления обвиняемому материалов уголовного дела?

Несвоевременное предъявление для ознакомления материалов уголовного дела обвиняемому является безусловным основанием для освобождения его из-под стражи. В соответствии с ч. 5 ст. 109 УПК материалы оконченного расследованием уголовного дела должны быть предъявлены содержащемуся под стражей Т. и его защитнику не позднее чем за 30 суток до окончания предельного срока содержания под стражей, установленного ч. ч. 2 и 3 ст. 109 УПК. Определено освободить Т. из-под стражи (Кассационное определение Военной коллегии ВС РФ от 15.11.2010 N 209-О10-10. Электронный архив ВС РФ, 2010).

Вправе ли суд освободить под залог обвиняемого, с которым заключено соглашение о досудебном сотрудничестве?

Учреждая в уголовном процессе особое правовое состояние — досудебное сотрудничество, законодатель ограничился дополнением УПК гл. 40.1, регламентирующей в основном лишь порядок заключения досудебного соглашения о сотрудничестве. Вместе с тем заключение с подозреваемым, обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве, активное выполнение последним условий этого соглашения подлежит обязательному учету при решении вопроса о пересмотре оснований к выбору меры пресечения.

В соответствии с ч. 2 ст. 317.1 УПК при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве обвиняемый берет на себя обязательства по оказанию содействия следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении и уголовном преследовании других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления (Кассационное определение СК ВС от 05.07.2010 N 33-О10-17. Электронный архив ВС РФ, 2010).

Если органы предварительного расследования ходатайствуют о залоге, то вправе ли суд оставить обвиняемого под стражей?

Такого права у суда однозначно нет.

Как следует из процессуальных документов, 16 декабря 2009 г. Т. задержана в порядке ст. ст. 91 — 92 УПК. С самого начала следователю, а равно его руководству достоверно было известно, что задержанная тяжело больна, ее лечение в условиях СИЗО не эффективно.

Защитники Т. неоднократно ходатайствовали об изменении в отношении последней меры пресечения, назначении комплексной судебно-медицинской экспертизы для установления состояния ее здоровья, однако все они «следователем были отклонены без исследования доводов адвокатов и состояния здоровья обвиняемой».

«Следствием также оставлены без рассмотрения и два обращения начальника ИЗ-77/1 УФСМН по г. Москве о необходимости изменения Т. меры пресечения в связи с ухудшением состояния здоровья».

31 марта 2010 г. следователь возбудил перед Одинцовским районным судом Московской области ходатайство об изменении меры пресечения на залог.

Постановлением Одинцовского районного суда Московской области от 6 апреля 2010 г. в удовлетворении данного ходатайства было отказано. Мотив — тяжесть содеянного Т., степень ее общественной опасности настолько велики, что законность и обоснованность ее содержания под стражей у суда не вызывает сомнения. Более того, из представленных в суд документов «не следует, что Т. не может содержаться под стражей в условиях изолятора», «органы предварительного следствия, при необходимости, могут самостоятельно изменить ей меру пресечения на подписку о невыезде».

Совершенно очевидно, что препятствий для изменения меры пресечения в отношении Т. на подписку о невыезде у органов предварительного расследования не было. Ущерб ее преступными действиями потерпевшим причинен не был. Почему меру пресечения в отношении Т. менять следует только на залог, из ходатайства не ясно.

Очевидно и то, что, разрешая ходатайство следователя, суд забыл о презумпции невиновности, особенно такой ее составляющей, как презумпция на лишение свободы.

Выбор меры пресечения — прерогатива следователя (ч. 1 ст. 108 УПК). С предложением последнего относительно ее строгости суд вправе согласиться (п. 1 ч. 7 ст. 108 УПК). Если же суд с предложением следователя не согласен, то закон разрешает ему определить менее строгую меру пресечения (ч. 7.1 ст. 108 УПК). Данный закон не может быть истолкован иначе, как прямой запрет на избрание судом меры пресечения более строгой, чем об этом ходатайствовал следователь. Поскольку следователь ходатайствовал об избрании такой меры пресечения, как залог, то суд мог с ним согласиться, фактически же он должен был избрать менее строгую меру пресечения, например, подписку о невыезде. Решением же суда была сохранена мера пресечения в виде содержания под стражей.

Анализ двух последних документов позволяет сделать вывод о том, что компетентные инстанции последовательно уклонялись от принятия самостоятельного решения о мере пресечения.

Желая добиться освобождения Т. судом, заместитель руководителя Следственного управления СК при прокуратуре РФ по Московской области ходатайствовал перед исполняющим обязанности прокурора Московской области об «опротестовании» постановления Одинцовского районного суда от 6 апреля 2010 г. и указал при этом, что «учитывая обстоятельства и тяжесть совершенного Т. корыстного преступления, избрание в отношении нее иной, более мягкой меры пресечения, чем залог, не связанной с лишением свободы, недопустимо».

Кассационная инстанция 20 апреля 2010 г. оставила постановление Одинцовского районного суда Московской области без изменения. Мотив: «документов о том, что Т. не может содержаться под стражей в суд не представлено, учитывая тяжесть и обстоятельства совершенного ею преступления, оснований для изменения меры пресечения нет». Выше применительно к постановлению суда первой инстанции уже было приведено обоснование, почему такое решение является явно незаконным.

Разрешая надуманный спор, кому следовало освободить Т., Председатель СК при прокуратуре РФ в своем приказе однозначно констатировал: «Однако следователем мера пресечения не была изменена».

Все ли от нее зависящее сделала защита? В вышеуказанном приказе есть ответ и на данный вопрос. «В центральный аппарат СК при прокуратуре РФ от участников уголовного процесса обращений по делу Т. не поступало». О грубейших нарушениях закона по делу Т. свидетельствуют также указания в приказе на то, что «руководитель СУ не принял должных мер по своевременной реализации законных решений и обеспечению контроля», а его заместитель — должных мер по контролю «за неукоснительным обеспечением конституционных прав граждан при избрании меры пресечения».

Какова практика разрешения споров о возвращении залога?

По общему правилу согласно ч. 9 ст. 106 УПК в случае нарушения обвиняемым обязательств, связанных с внесенным залогом, залог обращается в доход государства по судебному решению, принимаемому в соответствии со ст. 118 УПК. Вместе с тем названная норма самостоятельного регламента обращения суммы залога в доход государства не содержит, входящая в нее ч. 6 лишь предлагает применить правила ст. 118 УПК, установленные для наложения денежного взыскания на нарушителя судебного заседания, по аналогии.

7 декабря 2010 г. Заднепровским районным судом г. Смоленска составлен протокол о принятии у отца обвиняемого К. суммы залога 150000 руб.

25 января 2011 г. следователем дополнительно было предъявлено К. обвинение в совершении им 5 января 2011 г. преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 309 УК, — понуждение свидетеля в даче показаний, уклонению от дачи показаний.

Поскольку предъявление такого обвинения автоматически свидетельствует об установлении факта нарушения обвиняемым условий ранее избранной меры пресечения, то по инициативе следователя, поддержанной как следственным органом, так и соответствующим прокурором, 27 января 2011 г. постановлением Заднепровского районного суда г. Смоленска таковая К. была изменена на заключение под стражу. Этим же постановлением сумма залога, внесенного его отцом, обращена в доход федерального бюджета РФ.

14 апреля 2011 г. органами предварительного расследования уголовное преследование в отношении К. по ч. 3 ст. 309 УК прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК).

Несмотря на то что вынесение такого постановления следователем автоматически свидетельствует о том, что обвиняемый:

  • условий соглашения о залоге не нарушал;
  • за незаконное уголовное преследование приобрел право на реабилитацию, в рамках которой вправе рассчитывать как минимум на принесение извинения прокурором;
  • органы предварительного расследования, прокурор, каждый в пределах своей компетенции, обязаны инициировать два вопроса: об обратном изменении меры пресечения в отношении обвиняемого и возвращении суммы залога.

На выполнение вышеперечисленных действий сторона обвинения ориентирована:

  • п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК, согласно которой обвиняемый имеет право на реабилитацию, если уголовное дело в отношении него прекращено за отсутствием состава преступления;
  • ч. 10 ст. 106 УПК, в силу которой залог возвращается залогодателю в том числе и при прекращении уголовного дела следователем, о чем указывается в постановлении последнего.

Поскольку все перечисленные регламенты органами предварительного расследования и прокурором были проигнорированы, то отец К. обратился в суд, поспешивший, как теперь выяснилось, без достаточных оснований обратить сумму залога в доход бюджета РФ, с заявлением о восстановлении его имущественных прав.

15 декабря 2011 г. в судебном заседании прокурор обозначила правовую позицию своего ведомства, согласно которой заявление залогодателя подлежит удовлетворению в полном объеме.

Суд не только возвратил отцу К. всю сумму залога, но и, признав факт причинения заявителю вреда незаконными действиями органов государственной власти, применил правила ч. 4 ст. 135 УПК, что позволило органу судебной власти с учетом инфляции увеличить размер подлежащей выплате заявителю суммы до 154706 руб. (Постановление Заднепровского суда г. Смоленска от 15 декабря 2011 г. Архив Заднепровского суда г. Смоленска, 2011. Кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Смоленского областного суда от 01.02.2012 N 22-178/12. Архив Смоленского областного суда, 2012).

Разбирательство по делу К. выявило ряд недостатков процессуальных регламентов, содержащихся в ст. ст. 106, 108 и 118 УПК.

В анализируемом примере основанием для изменения меры пресечения в отношении обвиняемого явилось установление следователем факта оказания им давления на свидетеля, что само по себе уже может быть рассмотрено как свидетельство нарушения К. ограничений, установленных залогом. Естественно, что суд, рассматривающий вопрос об изменении меры пресечения на более строгую, адекватную следственной ситуации, получив информацию о нарушении обвиняемым закона, обязан проверить обоснованность суждений следователя о наличии конкретного состава преступления. В то же время нельзя не признать, что возможности такой проверки у суда, действующего строго в рамках ст. 108 УПК, весьма ограничены. Практика показывает, что в таких ситуациях суд практически безоговорочно верит следователю, особенно если его позиция поддержана прокурором, который имеет гораздо больше возможностей проверить законность и обоснованность решений и действий органов предварительного расследования (см.: Постановление Заднепровского районного суда г. Смоленска от 27 января 2011 г., в котором суд прямо признает, что входить в обсуждение вопроса о доказанности вины по ч. 3 ст. 309 УК он не вправе. Архив Заднепровского районного суда г. Смоленска, 2011).

Анализируемый пример свидетельствует, что и прокурорский надзор и судебный контроль со свой функцией не справились, процессуальную ошибку обнаружил и исправил сам орган предварительного расследования. Естественно, что участники процесса в этом случае вправе были рассчитывать, что этот же орган государственной власти (следователь) примет решение о возвращении суммы залога, сам изменит меру пресечения обвиняемому. Если данные решения не были выполнены следователем, то они в той или иной форме должны были быть инициированы прокурором.

Вышеперечисленные решения должны были быть приняты уже 14 апреля 2011 г. Законодательство РФ в целом, УПК в частности, предусматривает возможность наказания государства как за незаконные действия его чиновников, так и за нераспорядительность.

Наказание за незаконные действия — реабилитация, за нераспорядительность — возмещение ущерба, причиненного человеку и гражданину. Очевидно также и то, что государство не вправе забывать, что по правилам регресса вред, причиненный обществу нерадивыми чиновниками, ими же и возмещается.

В деле К. есть еще один орган, ставящий палки в колеса нормальному движению дела — это федеральное казначейство. Именно оно инициировало длительное и совершенно бесполезное движение элементарного спора по многочисленным судебным инстанциям, что само по себе не что иное, как напрасная трата народных денег.

 

Залог. Общие вопросы по рассмотрению судами вопросов связанных с применением меры пресечения в виде залога, ее избранием, или изменением на более мягкую или более строгую меру пресечения

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

восемнадцать − восемь =